Вторник, 25-07-2017, 06:55
Приветствую Вас Гость | RSS

Делу - время,
а потехе - час

Реклама на сайте
Форма входа

Каталог статей

Главная » Статьи » Морские истории » Байки вспомогательного флота

Великий Точило

            Станислав Сахончик

      В машинном отделении на любом крупном судне обязательно есть мастерская, где имеется токарный станок и, разумеется,  токарь, повсеместно именуемый «точило».
    Обычно это высококлассный специалист, потому что в море нужно уметь все: взять-то нужную деталь бывает негде, а случается  в длинных рейсах всякое.
    На нашем танкере эту славную профессию представлял  специалист экстра-класса  Вольдемар Свинцицкий, из-за труднопроизносимых имени и фамилии именуемый в бригаде просто и без ложной скромности - «Великий Точило». Прозвище было заслуженным, он мог выточить все что захочет буквально из ничего. Взглянет на какую-нибудь ржавую железяку своим острым глазом, глядишь, и смастерит  что-нибудь нужное.
    Он постоянно был чем-то занят  и хронически озабочен.
    Сам по себе «Точило» был  невзрачного вида и  невысокого роста мужичок, с обманчиво простоватой внешностью, хотя  он закончил  индустриально-педагогический техникум и заочно учился в «политехе». Он был парнем начитанным, но особенно любил  книги про сельскую жизнь и, хотя был  человеком сугубо городским  и много в морях  повидавшим, обожал разыгрывать из себя  этакого книжно-киношного придурковатого деревенского мужичонку, особенно с посторонними. Слова «эдак», «а надысь» и «таперича» так и сыпались из него, когда он  «входил в образ». В принципе он был счастливый человек - его работа совпадала с его хобби. Капитаны всячески переманивали его, особенно в дальние рейсы, где от его умения зависело многое. На сей раз повезло нашему капитану, и на службу в Индийский океан  «Точило» пошел с нами.
    В тропиках  все и всегда добывают себе сувениры – ракушки, кораллы, летучие рыбы, рыбы-собаки, акульи челюсти, лангусты – все это в разных видах заполняет каюты, кубрики и разные «шхеры», коих на судне превеликое множество.  Бороться с этим злом бесполезно, да и, наверное, не нужно. На нашем пароходе считалось престижным  иметь в каюте сушеного и лакированного лангуста,  обязательно распятого  на фанерном щитке, обтянутом сукном, с расправленными клешнями и чтоб непременно на  самодельной латунной  цепочке и  с латунной же табличкой.
    В это время «Великий Точило» становился для экипажа  самым нужным на свете человеком. Это был его даже не «звездный час», а звездный месяц, а то и не один. Даже такие судовые «шишки», как старпом и помполит*  (не говоря  уже о простых штурманах), жаждущие выточить цепочки,  неделями ходили за ним с просительным видом.
    «Точило» был мужик творческий, с изобретательской жилкой,  и,  как большинство  личностей  такого рода,  не дурак выпить. Других грешков за ним вроде не замечалось.
    Как - то он с загадочным видом заглянул ко мне в амбулаторию и предложил дать ему бутылку настойки йода. У меня ее было, в общей сложности,  наверное с ведро. Зная, что выпить ее невозможно даже теоретически,  я пообещал дать целый стакан, но только в обмен на информацию, что он с  йодной настойкой сделает и гарантию, что он ее пить точно не будет. «Точило» как-то неуверенно поклялся, затем вытащил  из  кармана свеже- выточенную латунную цепочку и  погрузил в стакан с йодом. Эффект был для меня потрясающим - весь йод осел на латуни  и в стакане остался  только светло-розоватый спирт. Я, пройдя в институте  целых шесть химий, до этого бы в жизни не додумался. «Точило» явно наслаждался произведенным эффектом и прямо  лучился  от гордости.
    Цепочка сразу приобрела благородный красноватый оттенок. «Точило» торжественно отдал ее мне и, довольный, шмыгнул  через коридор  к себе в машинное отделение, бережно прижимая к  себе драгоценный стакан.
    Перед  ужином я, как обычно, заглянул на камбуз  снять пробу  и обомлел.
    Посреди камбуза  с озадаченным видом  застыли  повариха,  буфетчица и  помполит  с разинутым ртом, напоминая  немую сцену из «Ревизора».   Удивиться было чему. На всех внушительного вида выпуклостях белой куртки буфетчицы красовались синие отпечатки рук, появившиеся буквально минут  пять назад на глазах у помполита. Поскольку научного объяснения на тот момент не было найдено, а ужин команде надо было срочно раздавать, помполит, озадаченно почесав обширную лысину,  отложил  разборки  непонятного явления природы на неопределенное время.
    И тут до меня дошло! Это были проделки «Точилы».  Он, как большинство  мужиков  хлипкого телосложения, был  неравнодушен к крупным женщинам.  Выпив немного спирта из заветного стаканчика он, воодушевившись, пристал к буфетчице Тамаре, которая шла на камбуз в свежей накрахмаленной куртке. Та, отмахнувшись от него, как от назойливой мухи и не заметила, что  шаловливые пальчики прошлись по ее куртке.  
       А поскольку какое-то количество йода на руках присутствовало, то  в соединение с крахмалом он  и дал  синюю окраску. Классическая йод - крахмальная  проба, как в школьном учебнике химии.
    На судне, как в маленькой деревне, скрыть ничего невозможно, и народ  на  вечерних посиделках на корме, всесторонне обсудив ситуацию, единодушно  присвоил «Великому Точиле» дополнительное прозвище «Синяя рука», просуществовавшее только  два дня.
    Помполиту  объяснили  химическую суть дела, а точилины попытки объятия  необъятной буфетчицы списали на бортовую качку.
    Назавтра «Точило» отличился  на самом деле.  У большого десантного корабля «Николай  Вилков», шедшего вместе с нами  во Владивосток после окончания  шестимесячной боевой службы в Красном море, неожиданно «скис» главный двигатель.
    Это случилось уже в Южно-Китайском море, когда до дома оставались четверо суток хорошего хода, и все моряки лихорадочно готовились к встрече.
    Мы тащили  корабль на буксире  два дня, пока механики  из корабельной  «БЧ-5»** безуспешно пытались  ремонтировать двигатель. Отчаявшийся командир БДК попросил помощи, и капитан послал на «Вилков» нашего старшего механика и  «Великого Точилу». Взамен командир дал нам на судно два взвода морской пехоты – помочь в покраске.
    Через сутки, почерневшие и заросшие, стармех  и  «Точило» вернулись на судно отсыпаться, а БДК, изредка пуская черные  клубы дыма, пошел хоть малым, но своим  ходом. Вернуться в базу на буксире – для настоящего моряка позор, а командир БДК «Николай Вилков» был моряк  опытный и настоящий, и корабль был действительно боевой, участвовавший  во многих десантных операциях.
    В базе мы швартовались вместе и под оркестр, блистая свежей  краской и бравым видом.
    На левом фланге строя скромно стоял крайним «Великий Точило», на его потрепанном кителе красовались новенькие значки  «За дальний поход» и, не положенный  нам «Отличник ВМФ» - подарок от командира БДК. А в каюте, под койкой, согревая душу и предвещая грядущие наслаждения, стояла небольшая канистра с «шилом»***.
    С тех пор у «Великого Точилы» никогда не было проблем с цветными металлами – склад 100-й бригады десантных кораблей  был для него всегда открыт. И еще  «Точило»  узнал себе истинную цену - он один стоил  целого взвода морской пехоты.
____________
    * Первый помощник капитана, замполит
    ** Электромеханическая боевая часть на военных кораблях
    ***Спирт, являющийся жидкой конвертируемой валютой  в дальних походах  

Категория: Байки вспомогательного флота | Добавил: cap2 (04-07-2013)
Просмотров: 955 | Теги: Десант, танкер, судно, сувенир, корабль | Рейтинг: 0.0/0
Поделиться с друзьями
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Наш опрос
Нравится ли Вам современный юмор
Всего ответов: 396
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Поиск